Песни вельвы. Глава 43. Проводники в Ирий.

Замерла магичка. Только сердце слышно как стучит в груди. Вся во внимании к пространству и своим ощущениям. Внезапно она почувствовала быстролетное  прикосновение к щеке. По спине пробежал холод да так и в теле остался. Словно позади ледяная глыба застыла.

Тишина… да… да только это видимость тишины. Если прислушаться в ней шепот слышится, словно листья осенние перекатываются по лесной тропе.  

-Возьми меня с собой, я тебе помогать буду…

-Нет меня забери отсюда, ты же хочешь быть счастлива, давай я тебе дам и богатство и любовь….

-Вытащи косточку из стены, вытащи, с собой унеси в мир солнечный, в мир людской…

-Я помогу тебе плести узоры золотые с серебряными, возьми меня, мастерицей станешь по нитям чудесным…

Сакромакс (сакс) – нож, которым могли совершат жертвоприношения в плиснеськом капище.

-Я с тобой вместе всех врагов уничтожу…

-Будем вместе пить, веселиться…

-В тепло хочу, в тепло…

-Кровь…

-Теплая кровь…

-Жизнь…

-Дай мне немного пожить снова…

-У меня дети остались… помоги возьми с собой…. мне к детям надо…

-Нет, меня возьми в мир обратно, хоть ненадолго, за любимым тоскую…

-Отведи меня к маме…

-Возьми с собой…

-Возьми…

-Вытащи белую кость, возьми с собой фибулу, только возьми…я с ней с тобой пойду

-Ты только скажи да, все сделаю, только дай твоими глазами вновь солнце увидеть…

Как вкопанная стоит Милослава, тонкий шепот слушает. Тут и просьба, и плачь, и угроза. Только возьми с собой, согласись принять душу неупокоенную с собой. Что угодно пообщают неперешедшие, чтобы урвать вновь кусочек жизни.

-Нет, не могу – шепчет магичка. – У каждого свой Путь. Не я ваша вызволительница.

И стараясь не касаться стен, идет по подземному туннелю. Сколько тут людей  остались проводниками между миром мертвых и миром живых? Кто знает… святилище то древнее.

Ничего не касаться, идти вперед на свет, никаких обещаний никому не давать, чтобы бы не почудилось. Никакой жалости, сочувствия к тонкоплановым сущностям. Вперед. Скорее к выходу из этого ледяного, мертвого пространства.

-Попроси Маху…

-Скажи Махе…

-Возьми с собой…

-Кровь…

-Тепло…

-Жизнь…

-Убей Маху, отдай его нам….- последний вопль прозвучал уже где-то на грани слышимости, когда ноги магички, ее уже на свет божий из подземного хода вынесли.

-Ну что, – прокряхтел волхв – вылезла из под земли? Не спужалась?

-А должна была? Я у Волховской Коровницы [1] в гостях была, меня духами умерших не напугать. Только скажи мне, пошто их в Ирий не отправили?  

-А пошло их отправлять? Вон к ним приходят, просят об одолженицах люди, помочь им надо.

-И забирают их с собой, чтобы они невидимо помогали и кровь хозяина пили по ночам? Но ведь это не помощь, мы то с тобой знаем? Да волхв Маха?

У старика лицо резко перекосилось от ярости.

-Кто? Кто сказал?

-Духи твои, что затворниками в жертвенной земле держишь. Они то твое наречение знают. Не назвавшись не можешь ты их тут запереть. Не заявившись по имени, не можешь им указ дать. Не может маг быть безымянным, если хочет духами управлять. Многим уже жизнь “улучшил” подсадив духа? Не зря святилище столь известно чудесами да Маха? Ты хоть кого-нибудь в Ирий то отправил, как совии делают или всех пооставлял, чтобы чудеса творить с помощью навий? Еще и косточки наверное даешь с собой, чтобы окончательно привязать мертвяка к живому?

-Не тебе девка мне указ сказывать и корить! Я тебе не Коровница Волховская. Она такая же баба, как и ты. Не указ мне Богини. Я подземного хозяина слуга. Только Волос мне указывать может. А ты, если бы не порчена была, сюда бы в круг и отправилась. У меня как раз заказ есть на духа сильного.

-Не та ли тебе заказала мертвяка помощника, что мне острый нож под лопатку левую сегодня на пороге волховского круга встромила?

-Думаешь сильна? Аааааа, навьи жертвенные тебе меня им отдать попросили? И будешь со мной бороться? Убьешь меня на белом камне?

-Я ничего не думаю, но бороться буду до конца за себя.

-Что ты знаешь о себе? Кто ты на самом деле?

-Я вельва, я кривс, я та кто я есть.

-Значит ты ничего не знаешь о себе. Значит ты ничего не помнишь о себе. – криво усмехнулся старик.

-Ты знаешь кто я?

-Я помню тебя по многим жизням. Да только толку тебе говорить, если ты не помнишь.

-Я вспомню!

-Ты не уважаешь тех, кто несет в себе древнее знание. Ты видишь только внешнее.

-Я могу видеть.

-Только то, что в глупых людях на виду. А в мудрых видишь только то, что они тебе показывают.

-Можно обмануть видящих?!

-Ты не так глупа… может… если Боги разрешат и укажут…

-Я знаю твое имя, ты не можешь мне отказать.

-Имен у нас много. Ты знаешь нареченное только в этом воплощении. Я же помню о себе более…

-Научи, открой!

-Лучше спросим у Богов. Ты же им веришь?

 

-Не верь ни богам ни духам – внутри  у Милославы зазвучало тонкой высокой нотой из каких-то древних глубин памяти.

 

-А ты веришь Богам, волхв Маха?

-А вот это уже не твое дело женщина. Толковать их знаки моя работа. Петь песню о них и как они сотворили мир, это мое предназначение в этой жизни.

-Тогда спой и мне о рождении мира.

-А может ты сама споешь?

-Я?!

Старик снова усмехнулся, но в этом уже не было ни зла, ни ехидства.

-Моя кобза у тебя в руках. Проведи по восьми струнам.

Милослава осторожно прикоснулась к тонким жилам и те отозвались мягким, животным стоном.

-Глупая баба, где тебе научиться играть и петь сказания.

-Подожди. Дай мне настроиться.

-Солнце взошло. Нет у меня времени. Волос[3]  не будет ждать, пока ты освоишься здесь. Пора. Смотри.

Милослава посмотрела по направлению руки волхва. Только теперь она увидела, что они были совсем одни в последнем круге города, который выходил на высокую кручу. А старик указывал на белое полотно, которое закрывало по обычаю капь[4] Бога.  Кого прятал в себе небольшой храм из четырех витых столбов к которым крепились белые полотна?

Камень на священном плато Плиснеська.

Словно по магическому велению руки Маха, подул ветер. Белые крылья полотнищ, прятавших от взора сокровенное, взмыли вверх. 

-Стрибог[5]  к тебе благоволит. – улыбнулся мягко волхв. – Может и не так ты строптива, как кажешься на первый взгляд. И Мокош и ее сестра тебя приняли. И их братцу Ветру ты по нраву. Может я в тебе что-то проглядел?

А Милослава уставилась на открывшийся ее взору белый камень. Ей даже померещилось, что камень уставился на нее в ответ.

-Мало кому открывают лики Боги, а тебя отметили. Как же ты то в этой жизни волховиньей то не стала? Что попросила когда-то? От чего отказалась? – старик погрузился в себя, в свои думы.

А Милослава с любопытством тронула струны кобзы. Ветер подхватил нежное звучание и закрутил в нем водоворот желтых листьев и бросил в сторону белых полотнищ капища.

Старик поднял голову.

-Он зовет тебя? Тебя? Он никогда не откликался на мои струны. Его только жалейка привлекала. Хотя, что я себя обманываю. Ты столько жизней служила богам. Кто же откажет себе в такой служительнице? Иди, не заставляй его ждать. А я пока с теми, кто под землей кости оставил, перетру о делах наших. А то распоясались они слишком. Советы дают слышащим.

 

Опустились за вёльвой белые крылья полотнищ капища. Бел камень перед ней стоит.

-И что теперь делать? – думала Милослава, крутя носком кожаного башмачка круг на белых камнях, которыми выстлано святилище. Я не знаю ничего из того, что должна знать волхвиня. Молиться? Вскидывать руки в небо?

 

Примечания:

  1. Коровница – так в  древности называли женского духа, жившего в Ильмень Озере. Есть упоминание о ней в летописи “Кажинную ночь этот зверь-змияка ходил спать в Ильмень-Озеро с Волховскою Коровницей.” Есть предположение, что этим существом изначально была нерпа. Также нерпой можно трактовать одну из велестинских фигурок [2].  

    Клад из Велестино. Славянские боги. 5-7 век.

  2. Фигурки из Велестино – набор бронзовых и свинцовых фигурок, найденных около греческого населённого пункта Велестино в Фессалии (Греция), которые предположительно датируются VI—VII веками и имеют культово-религиозный характер. По мнению ряда исследователей, некоторые фигурки изображают славянских языческих богов. Коллекция состоит из 21 фигурки.
  3. Волос, Велес – бог, который был связан с миром ушедших. Его животными были медведь, пчелы, черные петух и курица, собака, конь, мышь, крыса. Так же как и Макоша, был связан с ткачеством (волосы, нити) и подводным царством. Его цветами были желтый и золотой. В жертву Волосу приносили коров, быков, коня, куриц. Хромота и слепота связывались с этим божеством. Ему могли подносить яйца, крашенки желтого, коричневого цвета. Через него передавали весточку предкам. Его магия исполнялась через волосы, кости и горох. С ним (и с Макошей) ассоциировали магические камни, валуны. Музыкальным инструментом, который связывал с ним была дудочка жалейка. Звук – свист. Может принимать образ  змея. Подземный противник Перуна, в борьбе за женское божество. Жена Перуна изменяет своему супругу с Волосом, что приводит к битве, где Перун с молниями гонится за “змеякой”, который укрывается от разящих молний под водой. Возможно он и Макоша были братом и сестрой, либо мужским и женским божеством одного плана. Он одаривал даром поэзии и сказаний.
  4. Капь – изображение, идол, истукан, кумир, «капь или образ некый…». Старославянское капь означает «видение», «привидение», «образ».  
  5. Стрибог – Бог ветра.

Copyright©Эжени МакКвин2018

 

Читать дальше. Глава 44. Бел-камень.

Вернуться к оглавлению

 

Поделиться в соцсетях

 

Добавить комментарий

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.