Песни вельвы. Часть 2. Глава 28. Соблазнитель.

Тонкий луч небесного светила, огненной головешкой пронесся по небесному своду, оглашая наступление утра. Мягко покачивая лодки-ладьи у причала, река тихо катила свои воды, нехотя просыпаясь от ночных танцев-водоворотов русалок. 

Толпа словен, северян и торговых гостей уже собралась на пристани и шумела.

-Давай ярл! Раскрои голову водяному чудовищу!

-Проткни копьем жирную рыбину на суп Бьярт! Почти людей своей храбростью и силою!

-Вырви хребет ведьминскому отродью и скорми чешую псам голодным!

Три пары гребцов устроились на веслах. Бьярт в черной кожаной безрукавке и в кожаных же штанах выглядел великолепно. С правой руки грозно оскалился синей пастью волк, вытатуированный рукой искусного мастера в обрамлении рунического става. По левой руке кольцами вился дракон, держащий в пасти шлем ужаса. Каждое движение рук, приводило жутких чудовищ в движение и казалось, что они вот-вот сорвутся с его предплечий и набросятся с воем на тех, кто посмел бросить косой взгляд на их хозяина.

Ярл гордо стоял на носу, держа в руках легко, словно тростинку, копье с блестящим острием. Он вскинул вверх свое оружие и крикнул столпившимся на пристани и берегах людям :

-Во славу Одина! Во славу Тора!    

Его дружина единогласно подхватила боевой клич : Ооооодиииин! Ооооодиииин!

Ооооодиииин! Ооооодиииин! Ооооодиииин!

 

Ах, какой мужчина – Гюрята, затаив дыхание, не отрывала глаз от викинга. – Хочу! Хочу! Хочу!

Кто-то мягко обнял ее за талию. Она резко повернулась, чтобы бросить хлесткое слово наглецу, но вместо этого бросилась ему на шею. Высокий русоволосый парень словно перышко подхватил девушку на руки.

–Любим, братец, ты вернулся!

-Сестрица, милая. Как же ты выросла!

-Мы уже думали, что ты сгинул в дальних лесах.

-Как я могу сгинуть, если ты меня ждала. Мы вчера вернулись с дальнего пути, но ждали печатей законных на товар в ладье. Потому дома еще не был. Ты даже не представляешь, где мы были и сколько я видел удивительного в дальних краях. И птиц огромных, размером с быка, и чудовищного волка-оборотня.

-А дев с бородой видел? И грифонов, собак с крыльями страшных, охраняющих злато в горах дивских? А Гамаюн-птицу безногую вещую, из Ирия весточки несущую? 

-Нет глупая, этого я не видел. Но смотри, что я тебе привез дорогая сестрица.

Брат бережно поставил сестру на землю и ловким движением  вынул из-за пазухи платок. Ярко красный прозрачный шелк встрепенулся на легком ветерке и заиграл огненным пламенем в солнечных лучах утреннего солнца.

-Вот накинь на кудри свои пышные.

Гюрята набросила платок на очелье. 

-Красна девка. Тебе идет червленое к лицу. Ни один мужчина не пройдет мимо. Наверное ужо женихов полон двор.

Девушка глубоко вздохнула.

-Что сердечко мое? Кто тот счастливец, что заставил тебя вздыхать печально? Влюблена в кого?

-Ой братец. Не спрашивай.

-Как это не спрашивай? Я ль тебе не родня самая близкая? Кто украл твою радость? Ты только скажи и я за шиворот приволоку его к твоим ногам.

-Во славу Одина! – снова донеслось с лодки Бьярта. Гюрята бросила взгляд на уплывающую лодку и снова вздохнула.

-Он? Ярл украл твое сердце?

-Перестань. Он женат.

-Я уже слышал о его ведьме вёльве из-за которой весь этот сыр-бор. Она ведь тоже тут?

-Вон стоит у ворот. В синем плаще. 

Мужчина внимательно посмотрел в сторону, куда указала Гюрята.

-А она хороша. Не дурак ярл. Да не северянка то вовсе. Посмотри на ее глаза и лицо. Она же склавинка с южных земель. С Данапра или Дуная.  

-Эта Йеруна была  рабыней у викингов. Потом стала их ведьмой-вёльвой. Вишь рядом в таком же плаще стоит старуха? Она ейная наставница. Эта девка поганая богов родных позабыла, кланяется Фрейе и Фригг.  

-Но от этого она не стала дурнушкой похожей на северянок. Да и боги у всех земель свои. Какая разница, кто поможет в беде из высших? Но сколько я домов для богов видел разных, но своим не изменил. Хотя чаровницы из дальних земель соблазняли. 

-Она тебе нравится? – личико Гюряты скривилось недовольно.

-Нравится али нет, какая разница тебе то? Но не отказался я бы ее поставить возле печи да вздернуть.

-Не веди при мне такие речи.- Гюрята покраснела. – Хотя… хочешь помогу взнуздать эту гордячку?

-А потом ярл со своими бражниками  снесет мне голову буйную?

-Не снесет. Его голова будет моя, если ты Йеруну оморочишь любовью. Ты у нас красен, что солнце ярое. Любая девка в твоих объятьях изольется сладостью. Любую перепашешь, как поле зольное, а она только рада будет твоей скачке молодецкой. 

-Слова то у тебя Гюрята какие, не девичьи. Больно отец воли тебе дает. Да уж ладно. Что же ты от меня хочешь моя дорогая сестрица?

-Дай мне то, что мужчины в женщину льют.

-Ха-ха – рассмеялся Любим. – Краснеешь, да не соромишься. Мне рот закрываешь, а сама о том же думаешь.

-Ты хочешь ее получить?! А я Бьярта к себе прильну. Он ее за измену утопит, а я его заохочу в силки шелковые брачные. 

-Женские колдовские дела хочешь провернуть? Соперницу со свету сжить? И меня в смертоубийство втягиваешь?

-Ни ты, ни я ярлу не судьи. Он сам решит что с ней делать. Наши руки чисты. И разве не сестра я тебе, чтобы ты мне помог? Что сильнее уз семейных может быть?

-Сестра любимая, да глупая. Но чего не сделаешь ради женской глупости?

-Отец мне подарил чашу серебряную. Нальешь туда своего мужского естества и мне отдашь. И пока Бьярт охотится за чудовищем, ты в их двор пойдешь да чашу этой вельве Йеруне подаришь.

-И чем же дорогая Гюрятушка  ты мне за это отплатишь? Поцелуем страстным, какой от ярла желаешь получить, одаришь?

-Отцу расскажу о речах твоих срамных!

-А как же отолью из себя тебе зелья любовного с уда ярого, если без поцелуя буду?

-Хорошо, только чтобы никто не видел. И никому ни слова!

-А кому же я могу то рассказать о сестринском поцелуе любезном? Только я и мой дружок знать будут об этом. Как говорят, желание возлечь – сраму не ймет. Тебе может потренироваться надо перед брачным пиром и играми свадебными. Водицу то с уда, все бабы там пить будут. И ты, как голубка соколу обреченная, пригубишь срамного пития. 

-Идем пока все тут, я тебе чашу дам. 

-И поцелуешь своего братца нежно Гюрятушка-лебедушка?

-Идем Любим. Но не жди от меня чего-то большего чем поцелуй сестринский скромный. Только чтоб никто не видел!  

-А ты представь, что это ярла…

-И рот на замок! – резко прервала Гюрята брата и схватив за руку потащила прочь от толпы. 

 

Примечания:

Рунический став – формула из древнескандинавских рун.

Шлем ужаса – защитный рисунок из рун.  

Один – верховный бог северной традиции. Бог магии и военного искусства.

Любим – древнее славянское имя.

Гамаюн – мифологическая вещая птица. Изображалась без ног. Носила весточки из Ирия.

Ирий – загробный мир древних славян. Представлялся как прекрасный сад. Мог быть как за морем, так и под землей. За морем был птичий Ирий, куда улетали птицы на зиму. В подземный Ирий уходили змеи на зиму.  В народных песнях есть упоминание, что птицы прилетая весной из Ирия, приносят весточку от предков и богов. В веснянках птиц зазывали прилететь из Ирия и принести весну и тепло на землю. 

Красна – изначально означало красивая. Красный – красивый. И только к 16-17 веку это слово приобретает значение красного цвета.

Червленый цвет – так назывался красный цвет в древности.

Фрейя – богиня северного пантеона. Покровительница женской магии, сексуальности, молодости и красоты. Обучила Одина магии сейда и рун. Часть воинов, погибших в битвах, забирает к себе в палаты, где они пируют с воинственными девами-валькириями. Ее муж Одд давно ушел в странствия, поэтому она завела себе любовника, которого днем оборачивает в кабана, который возит ее повозку, а ночью обратно обращает в мужчину. Янтарь считался слезами Фрейи, которые она проливает по Одду. За ночи проведенные с гномами, она получила волшебное ожерелье Брисингамен (др.-сканд. Brísingamen). Также она владеет волшебным поясом, который позволяет соблазнить любого мужчину или бога. Аналогичный пояс был у Афродиты в древнегреческой мифологии.

Валькирии – девы-воины на конях, которые забирают с поля битвы души павших воинов и относят их в палаты Одина или Фрейи.

Фригг – жена Одина. Богиня покровительница женщин и брака. Ведает будущее, но никому его не раскрывает.

Древний славянский брачный ритуал точно не известен. Но есть интересное упоминание о нем в древнерусских текстах:

“И когда у кого-нибудь будет свадьба, её справляют с бубнами, с дудками и с другими бесовскими чудесами. А бывает и того хуже: изготавливают мужской член, кладут его в вёдра и в чаши и пьют из них, а достав, облизывают и целуют его.”

Оригинальный текст:  “И егда же у кого ихъ будеть бракъ, и творять съ бубьны и съ сопѣльми и съ многыми чюдесы бѣсовьскыми, и ино же сего горѣе есть: устроивьше срамоту мужьскую и въкрадывающе въ вѣдра и въ чашѣ, и пьють, и вынемьше осморкывають и облизывають и цѣлують” Цит. по: Мансикка 2005, с. 142.

Также археологи нашли  ритуальные обрядовые ведра и фаллические фигурки.

Кроме этого в одной из берестяных грамот Новгорода  о возможности свадьбы сваха пишет  матерщинным словосочетанием: “пеи пизда и сѣкыль”, то есть “пусть влагалище и клитор пьют”.

 

Вернуться в оглавлению.

 

Поделиться в соцсетях. 

 

Добавить комментарий

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.