Песни вельвы. Глава 10. Змеиное заклинание.

Старый жрец в белой рубахе, опираясь на свой жезл, ждал у шатра, когда все поднимутся на вершину и сядут вокруг сложенных пирамидой веток.

Последние лучи солнца погасли и темно-синий бархат овладел небом. Только вечерняя звезда любви Вакарине одиноко сияла на небосклоне.  

Тонкая грань между днем и ночью переступила через порог вечного превращения света во тьму. Течение мирской реки жизни погрузилось в мир сновидений и магии ритуала для тех, кто ожидает чуда и божественного вмешательства в мир людей.

Человеческий круг безмолвного принятия того, что приходит из тишины запредельного  создан и замер в предвкушении волшебства творимого жрицами кривс.

Йеруна обхватила руками колени и начала незаметно раскачиваться в такт приближающемуся ритму распахивающихся дверей измерения богов и духов. Как маг, вёльва ясно ощущала творение прохода между мирами.

Старик что-то прошептал и ударил своим змеиным жезлом о землю. Темные тени пробежали по деревянной палке и словно оживили ее. Красные глаза набалдашника загорелись и засветились темно-красным огнем. Он приоткрыл полог шатра и 8 девушек, включая Унге зашли внутрь. Старик зашел за ними и закрыл полог.

Неожиданный порыв ветра буквально на мгновение распахнул ткань и следом прозвучало громкое яростное шипение. Словно огромный змей ворвался через открывшийся проход внутрь и грозно произнес заклинание на своем, змеином языке.  

-Броситься на помощь своей подруге – мелькнуло в голове у Йеруны.

Она оглянулась. Все сидели неподвижно, словно ничего не произошло.

-Значит все в порядке. Видимо это часть ритуала. Ведь и старая вёльва Хейд иногда издавала странные, пугающие звуки рычания и шипения во время ритуалов.

Йеруна глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться и тут  белое полотно распахнулось и 8 фигур в белых одеяниях, с горящими факелами в руках вышли в круг.  Распущенные волосы покрыты белым шапочками, связанными из белоснежной тонкой шерсти. Мягко звенели медные пластинки и колокольчики, пришитые к ободку шапочек. У каждой кривс на поясе был набор амулетов и ритуальный нож с завитыми в спирали рукоятками. С брошей, в виде змеиных голов на плечах,  свисали тонкие цепочки до самого пояса. Браслеты обвивали руки полозами и придерживали длинные рукава собирая их в гармошку на запястьях. Из под подолов платьев на щиколотках босых ног выглядывали ножные браслеты поблескивая чешуйчатыми головками при каждом шаге и словно подмигивая участникам действа.

Входили в шатер земные женщины, а выходили уже девы-духи, спутницы богов.

Мир изменился и резким скачком перепрыгнул в другое измерение. Здесь звезды были ярче, тишина глубже. Человеческий мир за пределами холма покачнулся и провалился в небытие.

Жрицы встали кругом вокруг подготовленных веток для костра и запели. Странные, шипящие звуки песней тумана полились из уст дев кривс. Может это было от того, что воздух стал холодным и теплый выдох превращался в туманное облачко? А может это была какая-то неведанная Йеруне магия? Кто ведает?

Но, словно откликнувшись на призыв, тонкие ленты белой дымки заструились по вершине холма между потемневшими травинками. Они сворачивались в клубки и разворачивались перламутровой чешуей превращаясь в полозов, которые оборачивались вокруг сидящих людей.

Видела это только одна Йеруна или все остальные тоже? Но люди сидели с остекленевшими глазами и словно не замечали холодных, змеиных тел у своих ног.  

Невольно глаза Йеруны скосились в сторону Варды. Он сидел почти напротив нее справа и в свете факелов она могла видеть его фигуру среди сидящих на земле мужчин.

Руки христианина были сложены в молитвенном жесте возле груди, а губы что-то шептали. Тело словно слегка светилось голубым светом. Но это не отпугнуло от него змея из тумана, и тот спокойно улегся у его ног.

Или твои молитвы не сильны, или твоя вера пошатнулась – ехидно улыбнулась сама себе вёльва. Почему то ей доставила удовольствие мысль, что он оказался открытым для ее мира.

Песнь замолкла и словно померкли звезды. Мир погрузился в непроглядную тьму. Даже факелы словно пригасили свой свет.

Из тумана, раскачиваясь огромная, призрачная змея поднялась и встала прямо за спиной Унге. Жрица зашипела и затем из ее горла раздался высокий звук-крик, после которого она сделала глубокий вдох.

Туман окутал фигуру женщины и, словно сила вдоха, втянула змею из тумана внутрь хрупкого тела кривс.

Была ли теперь это Унге? О нет! Йеруна точно знала, что теперь в ней нет ничего человеческого. Она стала проводником божественной силы и нет ничего в этом мире, что может это изменить пока идет ритуал. Но теперь огонь зажжет не женщина из человеческого мира, но дух из мира богов.

Одновременно все 8 кривс поднесли факелы к сухим веткам и вспыхнул огонь. Нет не вспыхнул. Он взорвался тысячами искр проявив из тьмы небес звезды и тонкий серп луны в небе, осветил лики людей вокруг костра и слизнул туман языками пламени.

Йеруна ощутила как что-то очень легкое и прохладное прикоснулось к ее животу. Призрачной змеи у ее ног больше не было.   Потому что… потому что она была в ней. Она свернулась в клубок в ее животе и с любопытством смотрела в глаза девушке, но… изнутри.

-Ты кто малышка? – мысленно спросила вёльва духа в себе.

-Я это ты, которую ты позабыла. Разве ты не помнишь как играла со мной, когда была маленькая? Полоз у ручья. Ты приносила мне молоко в желтой миске, украшенной синими спиралями  

Господи, это было так давно, что она действительно совсем позабыла об этом. Бабушка каждое новолуние давала ей миску с молоком и отправляла к ручью за их домом. Неведомо почему, но было так забавно спрятаться за кустом бузины и наблюдать как маленькая зеленая лента осторожно пробиралась между травинками, чтобы окунуть плоскую голову в чашку.  А потом тихонечко подойти и взять маленького полоза на руки. Он пытался выскользнуть между пальцев и удрать в траву. Но если сложить ладошки чашечкой и прижать его к животу, то полоз замирал, словно засыпал в теплой, темной пещере созданной ее руками..  

Однажды бабушка застала ее за этим и строго отчитала запретив брать изумрудного малыша в руки. А маленькой девочке было непонятно почему.

Но сейчас здесь на этом холме Йеруне было совершенно ясно, что живот ребенка, не место для энергии великого полоза. Пусть даже он будет совсем маленьким. Всему свое время. И в кругу иного народа для нее пришел час прикосновения к великой тайне змеиного царя.

 

Copyright Эжени МакКвин © 2017

 

Вернуться к оглавлению.

 

 

Поделиться в соцсетях.

Добавить комментарий

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.